Вообще не люблю писать отчеты об охотах, если в них нет чего-то такого. Чтобы, как говорил известный Сметана: «душа развернулась, а потом свернулась». Размеры рыбы -давно уже не главное, для искры, идеи возникновения отчета. Редко сейчас получается выехать с семьей, отдохнуть вместе. Так, чтобы и работа, и охота, и семья, и всем было хорошо. Вот на выходные как раз и сбылась мечта идиота: и семья, и охота в одном флаконе, с почившей работой в отключенном телефоне.

Днем был отсып в палатке, после предыдущей ночной. А ночью потянуло вдруг подальше от лагеря. Толи то, что отныряло тут, в округе, прилично народу, а хоть сколько-нибудь зачетный сом не казал за три дня никому и глаза. То ли просто захотелось побыть одному – но уехал из лагеря, который напоминал собой целый слет охотников. И вот странно, уже в воде – не захотелось плыть далеко. Душа упала на «сбор грибов». Охоту по мелЯке, с поверхности. Как увидел чистую воду, города из травы, с «правильной» ватой, которая часто ютит в себе черных животинок, и порой очень упитанных – так и упало у меня на дальние переходы, на ныряние.Захотелось впасть в «детство» ПО – бороздить кораблем сверху, просто созерцать,меньше совершая телодвижений.

 Кстати, всё чащезамечаю – утомляют лодки, суета, много людей на охоте, какая-то обязаловка,перед кем-то глупым подтвердить некий глупый статус и т.д. Всё чаще слушаешьсебя, а не чье-то мнение, все реже хочется стрелять, все чаще что-то в водеприходит проще и естественнее…

Так вот себе бороздю просторы «Большого театра», кайфую видимостью, и сонными карасями, плотвой,небольшими судачатами. Как краткий миг, который сразу забылся – вылетела щука,очень резко, быстро, прямо под руку, и шла под ней, слева. Не помню, как так оказалось, что через неё уже был продет мой рабочий линь. Вроде и не стрелял, а оно вот как…уже твоё. Ну, думаю не совсем позор, подсознание нарисовало себе само «двушка-на-свежую-уху-дитям-пойдет». А рука поставила картинку в рамку. Тобишь — на кукан.

Опять плаваю, никого не трогаю, пару черных соплей до пяти кг были провожаемы с улыбкой, и ушли искать своих неаккуратных, кормовых карасей. Честно – стрелять, вот прямо чтобы что-то взять – не было желания. Какая-то охота, которые все чаще приходят – когда нет желания добыть. А просто…просто созерцание, без мыслей.

Так вот, в странном брожении ума рассекаю воду, фонарик дает неспешную пищу уму и глазам, мысли вяло жуются, почти отсутствуя (от частиза это и люблю охоту, убирающую нахождением под водой – внутренний диалог с самим собой). И тут раз – непонятка. Плыл над очередным пучком травы, с нанесенной на неё тиной. Трава имеет такие себе беловатые основания,переплетенные пучками. Все это недвижимо наклонено легким течением, и почти не шевелится. И тут такое дело… одна травинка вдруг ожила и выпрямилась. Может и не придал бы значения. Но что это за фокусы?! – против течения выпрямляться!? Остановился, сам не помню как. Смотрю с поверхности, на «че за нах». И тут контрольная, вторая травинка выносит мне мозг. Распрямившись против течения.Хорошо, что есть подсознание, которое нам, тормозам – не чета. Благодаря ему, на этой охоте – уже есть щучка на уху. А также резкое понимание того, что уж больно эти травинки похожи на усы сома. Есть у него такая предательская для него тема. Наплываешь на спящего, что днем, что ночью – если усы висят –нормалек. Если усы вдруг выпрямляются, начинают подавать признаки жизни – нужно стрелять, если такие мысли приходят при виде размеров носителя усов-предателей.

Так и тут. Рассмотреть хорошо не могу ничего. До дна три метра, видимость «околотакаяже». Мгновения оценки того, что скрыто под тиной – ничего не дают. Стопроцентное ощущение, что там ничего нет. Ну, я знаю, как «жаба» может прятаться, в казалось бы трех травинках. Но хоть кусочек чего-то там обычно видно. А тут – две странных вздыбленных травинки…и дальше стог травы и тины на ней. Если взять отдельно усы, поверить в то, что это таки они – то они всеми собой говорят о том, что сейчас трава ляжет от схода рыбы, и обдаст меня позором. Подсознание идет в обход кабинета моего «я», решив, что бюрократическая волокита с принятием решения сейчас ни к чему. И принимает мгновенное решение стрелять в тину, в дно. Туда, откуда произрастают якобы усы якобы сома. Нырять нельзя, если там что-то есть – то оно уйдет сразу же, это ясно. Покалечить не покалечу. Или гарпун в башке, и рыб мой. Или непонятный выстрел в дно.

Подсознание обещает никому не рассказывать, если это позор, и готово взять всё на себя. Стреляю. Смеясь над собой. Но, повторно обещая себе молчать. Стрела в дне, по самую жопку хвостовика. В тине торчит только линь.Тишина. Ну, думаю «лучше так, чем потом сомневаться, главное никому не рассказывать, а надо же такое…как похоже то, ну чисто усы!». «Чисто усы» потухли, а тина вдруг шевельнулась. Поднимаю линь – да есть же! Прикинул, что десятка чуть с плюсом есть (как-то странно стал занижать вес рыбы, не только товарищам, а и себе, на десятки кг рыбу часто думаю «не больше пяти-семи», итак далее) Всё, охотиться больше не захотелось. Выстрел оказался прямо в хребет.

Усы, отчасти кормившие жабенка всю его недолгую жизнь – его и погубили. Я пожал руку подсознанию, не оставившему меня с пустым куканом, а сына – без фотосессии, и ухи из «сухой» щуки. Вес совершенно не важен, что-то до 20кг не дотянул сомик, уже не помню точно. Но вот как-то интересно все получилось.

Окончательно я понял, что всё с ним серьезно, и стоит описать случай, когда младший сын сказал «папа, так он мог тебя съесть!». Я подумал про себя «ну съесть нет,а вот поиметь – легко мог».

Вот такая смешная и нелепая смерть, из-за вставших органов бывает…